NFLRUS.ru

ОСНОВАН 14 ОКТЯБРЯ 2007 ГОДА ВСЕ ОБ ИГРАХ И СОБЫТИЯХ В МИРЕ NFL

Никаких оправданий: Путь от ассистента в НФЛ до главного тренера Нотр Дама. Глава 1

Блог Game of Endzones представляет перевод книги Чарли Уайса о своей тренерской карьере. В первой главе мы узнаем о судьбоносном решении в карьере тренера Уайса, о том, как правильно вести себя на собеседованиях и о его связи с университетом Нотр Дам.


Ваше мнение должно иметь значение в первую очередь для вас.

«Прошлым вечером звонили из Нотр Дама... Я сказал им, что они могут связаться с тобой».

- Билл Беличик

До сих пор не могу понять, почему я все-таки набрал тот номер. Думаю, это решение все же можно списать на мою незрелость.

В 1975 году, воскресным вечером, спустя день после поражения футбольной команды Нотр Дама, мне в голову пришла мысль высказать свое недовольство непосредственно главе нашего учебного заведения – отцу Теодору Хесбургу, в то время занимавшему пост ректора университета. По какой-то причине мне казалось, что мой статус студента данного учебного заведен дает мне право высказывать свое мнение направо и налево.

Честно говоря, я ожидал, что мне ответит секретарь. Но к моему вящему удивлению трубку взял сам отец Хесбург. Я даже подумать не мог, что он, закончив воскресную мессу, будет сидеть в офисе и отвечать на деловые звонки.

Отца Хесбурга мой звонок тоже застал врасплох. В его привычки не входило выслушивать жалобы студентов. Он попросил меня пройти в его офис и лично ему высказать все, что я имею.

Мое увлечение спортом и уверенность, что мне известно все о футболе – не говоря уже о других видах спорта - имели непосредственное отношение к тому, как я оказался в этой ситуации. Когда я находился на стадионе, я не просто наблюдал за происходящим на поле или паркете. Для меня присутствие на игре означало полноценное участие в ней. Наша футбольная команда выиграла национальное чемпионство в 1977 году, в мой выпускной год. А баскетбольная команда дошла тогда до Финала Четырех. Как студент, посещавший все игры, я чувствовал себя причастным к тому, что победная серия из 29 игр баскетбольной программы университета Сан Франциско закончилась в 1977 году именно на нашем стадионе, где все мы скандировали «29… и 1». В Нотр Даме ты чувствуешь каждой частичкой своего тела, что можешь повлиять на исход матча.

Футбольный стадион Нотр Дама – это место, сравнивать которое с другими стадионами будет кощунством. Это не потому, что тут болельщики не отдают всех себя для поддержки игроков, а потому, что атмосферу, царящую здесь во время футбольных баталий, невозможно описать и можно прочувствовать только лично, находясь на трибунах. Я до сих пор не могу забыть, как каждый раз после того, как наши футболисты набирали очки, сотни людей поднимали друг друга, делая так называемые «air push ups»[i]. Зачастую в воздухе оказывались стопятидесятикилограммовые рекруты. И болельщики поднимали их в воздух столько раз, сколько мы сейчас набрали очков. А как насчет болельщиков, которые передают друг друга на руках на шестьдесят рядов по трибунам? Я вас уверяю, такого вы нигде больше не встретите.

Но любой инициативе и энтузиазму должен быть предел. И свой лимит я превысил тем злосчастным звонком с жалобой отцу Хесбургу, который на тот момент работал в университете 23 года на посту ректора. Забегая вперед, скажу, что в Нотр Даме он отработал еще 12 лет, выйдя на пенсию в 1987 году. Отец Хесбург по праву считается одной из самых влиятельных фигур американской системы высшего образования двадцатого века.

Теодор Хесбург

Итак, я зашел в его офис, поджав хвост, и чувствуя нутром, что влип по полной. У отца Хесбурга был зловещий вид. После того, как я, нервничая, высказал свою точку зрения по поводу нашей футбольной команде, он ответил мне, что право голоса мне здесь никто не давал. То, что я думаю о футбольной команде, никого не волнует. Напоследок ректор сказал, что я должен вернуться к себе и быть хорошим студентом, то есть оставаться лояльным к университету и его спортивным командам и не воображать, что мое мнение что-либо значит.

К счастью, наказания, кроме строгой нотации, я избежал. Но это не сделало эффект от речи ректора менее болезненным. Я помню, как вышел из офиса и чувствовал себя полностью униженным.

Теперь, перенесемся на 30 лет вперед, в начало декабря 2004 года. Еще раз – в тот момент я разговаривал по телефону с членом администрации университета Нотр Дам. В момент нашего разговора я находился в своем офисе в Джиллет Стэдиуме, штат Массачусетс, домашней командой которого являлись Нью Ингленд Пэтриотс. Я занимался своей обычной работой, исполняя обязанности координатора нападения Пэтриотс и по ходу сезона пытаясь выиграть вместе с командой третий Супербоул за четыре года.

Джон Хайслер, старший атлетик-директор Нотр Дама, спросил меня, заинтересован ли я в разговоре с Кевином Уайтом, директором спортивного департамента университета, по поводу замещения Тайрона Уилингема, недавно уволенного с позиции главного тренера.

Только представьте себе это: самоуверенный болельщик, который когда-то сидел в студенческой секции на стадионе и имел свое личное мнение о футболе Нотр Дама, в конце концов получает шанс непосредственно влиять на эту самую футбольную программу. Эта мысль вызвала у меня саркастическую улыбку на лице.

Я сказал Джону, что, согласно протоколу, Кевин должен позвонить Беличику, главному тренеру Пэтриотс, чтобы получить разрешение на переговоры со мной. С Биллом связались в субботу вечером, четвертого декабря, когда мы уже находились в Кливленде и готовились к завтрашней игре с местными Браунс. Я напрягся, услышав о разговоре Билла и Кевина, но вплоть до нашего предматчевого завтрака никто ни о чем со мной не говорил. Утром Билл подошел ко мне и сказал: «Прошлым вечером звонили из Нотр Дама... Я сказал им, что они могут связаться с тобой». Это было не совсем то, что я ожидал услышать от него, но тем не менее, для меня было большим облегчением услышать, что Беличик дал мне свое благословление.

Мы выиграли у Браунс со счетом 52-15. Во вторник утром, когда мы начали готовить геймплан для следующей игры с Цинциннати, Кевин позвонил, чтобы уведомить меня, что он хочет приехать в Новую Англию для личной встречи.

- Когда ты хочешь это сделать? - спросил я.

- Сегодня - ответил он.

- Великолепно.

- Когда ты будешь свободен?

- В любое время после полуночи.

- Прости?

- В любое время после полуночи.

- Окей, - ответил он.

Я уже сообщил Беличику, что мое стремление работать в Нотр Даме или в любой другой команде никоим образом не будет мешать моей работе в Пэтриотс. Я провел весь день и всю ночь, работая над геймпланом нападения, как я это обычно делаю по вторникам, готовясь к воскресной игре. Обычно я заканчиваю работу ближе к полуночи, и, если Кевин действительно хочет встретиться со мной сегодня, к этому времени я точно буду свободен.

Таким образом, встреча была назначена на половину первого ночи в отеле Вестин, в городе Провиденс. Единственное, что я точно знал, так это то, что как минимум я не буду чувствовать себя выжатым, как лимон. Во мне кипел адреналин, ведь мы все ближе и ближе подходили к плей-офф, а теперь речь идет вообще о возможности тренировать футбольную команду Нотр Дама, элитнейшую программу страны. Я учился здесь. Я католик. Попросите любого любителя студенческого футбола назвать команду, которой он хотел бы управлять, и скорее всего больше половины опрошенных назовут Нотр Дам. Это вам не просто работа.

Прошлым летом, еще в трэйнинг кэмпе, я имел разговор с Беличиком о возможности продолжения карьеры в качестве главного тренера в студенческом футболе. У меня уже было два предложения работы в НФЛ – должности главного тренера в Нью Йорк Джайантс и Баффало Биллс – но я отказался, и немаловажным фактором при принятии этого решения стали успехи Пэтриотс. Наше участие в плейофф делало возможным лишь одно собеседование для меня с командой НФЛ во время специально отведенного под это отрезка, но мне все равно не имели право предложить работу до окончания сезона. А за нарушение правил команды могли быть обвинены в незаконном вмешательстве в дела другой франшизы и лишены драфт пиков. Ставки слишком высоки, и никто не будет рисковать, если это того не стоит.

Биллс и Джайантс не хотели ждать: они подписали тренеров, которые уже в тот момент были доступны на рынке – Майк Муларки отправился в Баффало, а Том Кофлин подписался с Нью Йорком. В некоторых офисах команд НФЛ бытует мнение, что чем дольше они тянут с подписанием, тем большей проблемой для главного тренера станет подбор ассистентов. В колледже это не является проблемой. Так как университеты никак не связаны с командами НФЛ и лигой вообще, для них нет никаких запретов на контакты с ассистентами профессиональных команд, и им не надо ждать окончания сезона для заключения контрактов с ними.

Я не питал особых иллюзий относительно своих шансов стать главным тренером в НФЛ, и начал ближе знакомиться с возможными вариантами в студенческой лиге, что быстро стало приносить свои плоды. Приходящие туда специалисты получали долгосрочные контракты, да и в остальном у них все было довольно неплохо.

- Я подумываю о том, что мне следует хотя бы проанализировать парочку предложений, если они будут, - сказал я тем летом Биллу.

- Какие, например?

- Нотр Дам и Южная Каролина.

О Нотр Даме я уже говорил выше. Но лично я был больше заинтересован в Южной Каролине, потому что мы с моей женой Маурой планировали жить там на пенсии.

Так получилось, что вакансии были предложены в одно и то же время.

Мой агент, Боб ЛеМонт, заранее готовил меня к собеседованиям на должность главного тренера в НФЛ. Боб специализировался на представлении футбольных тренеров в качестве свободных агентов, и получалось у него это довольно неплохо. К нему обращались многие, и его клиентами в том числе были мои друзья - Энди Рид из Филадельфии Иглс и Джон Фокс из Каролины Пантерс. Они и посоветовали ему заняться мной.

Боб обычно дает своим клиентам целую книгу о процессе собеседования на прочтение, а потом самолично прогоняет весь материал. Он уверен, что именно первые десять минут дают понять работодателям, кто вы, что вы и что из себя представляете. Боб прогнал со мной много часов собеседований, и после всего этого я чувствовал себя вышколенным солдатом. Я был готов на 100%.

Дело в том, что если вы тот самый, единственный, идеально подходящий на должность главного тренера для данной команды, то вы гарантированно получите это место. Но если вы один из 3-4 кандидатов, и работодатели еще не знают, кто им нужен, то именно собеседование поможет вам выделится среди остальных.

Я уверен, что, если вы компетентный специалист, то вам нужно только не облажаться на собеседовании. Помимо всех необходимых качеств для работы тренера вам понадобятся навыки общения с людьми, поэтому нужно продемонстрировать, что именно Вы сможете держать все под контролем.

Это - азы правильного собеседования.

Этим летом я хорошенько подготовился к предложениям из колледжей, потому что, когда сезон в НФЛ начинается, у тренеров не остается времени ни на что, кроме футбола. Именно по этой причине я и начал прикидывать, как буду подбирать персонал в свой тренерский штаб. К этому времени я уже 14 лет был в профессиональном футболе, и большинство моих знакомых не горело желанием опускаться «на уровень вниз» и уходить работать со студентами.

По моим прикидкам мне стоило нанимать людей исходя из моей философии, а не точечно подбирать специалистов.

Отношения между тренерами очень важны, так как создание сплоченной команды необходимо для построения династии. На этом я и основывался в своих планах. Я хотел бы иметь и в защите, и в нападении как минимум двух человек, которые когда-либо работали друг с другом, чтобы между ними была бы химия. Кроме того, даже если бы мне не удалось переманить коллег из Пэтриотс, я хотел бы иметь в своей команде кого-либо из своих бывших коллег. Также не плохо было бы иметь в штабе одного бывшего студента, который бы знал все традиции вуза и привнес бы с собой дух университета, что сильно помогает каждой футбольной программе. И еще мне понадобятся люди, которые имеют опыт рекрутинга, так как именно в этой сфере мне предстоял самый большой объем работы.

Пара моих приятелей из Южной Каролины, где я начинал свою карьеру в качестве ассистента, примерно в одно время позвонили мне и сообщили, что, скорее всего, Стив Сперриер станет у них главным тренером. Они удивились, почему я не захотел войти в его тренерский штаб.

- Нет, я не хочу входить ни в чей тренерский штаб, - ответил я. – Почему я должен работать именно у Сперриера?

Кевин Уайт и отец Джон Дженкинс, президент Нотр Дама, прилетели в Провиденс на частном самолете, чтобы никто не смог отследить их полет на принадлежащем университету самолету. К слову, это можно с легкостью сделать с помощью интернета, если вы знаете бортовой номер. И если бы кто-нибудь увидел, что самолет Нотр Дама ночью летел в Провиденсе, то все сразу бы поняли, что летят они на встречу с вашим покорным слугой. А эта информация, уж поверьте мне, распространилась бы по миру буквально за секунды.

В самом начале нашей встречи я сказал Кевину и отцу Дженкинсу, что я не уйду из Пэтриотс до конца сезона. Я посчитал, что этот момент необходимо было обозначить сразу.

- Я уже поговорил с Биллом Беличиком, - сказал я. - Билл расстался бы со мной, если бы я получил работу прямо сейчас, но я не буду жертвовать сезоном Пэтриотс ради получения этой должности.

После этих слов я минут десять расписывал себя в ярких красках. Я говорил о себе, кем я являюсь и с кем я нахожусь в близких отношениях. Я рассказывал об огромном влиянии на мою тренерскую карьеру Джона Чиронны, главного тренера Морристаун Хай Скул в Нью Джерси. Я вел повествование дальше, о Джо Моррисоне и о том, как он принял меня в свой штаб в Южной Каролине. Я вспоминал о Билле Парселлсе, который дал мне мою первую тренерскую должность в НФЛ в Джайантс, и, конечно, о Билле Беличике.

Я намеренно выделил Парселлса и Беличика, потому что они оказали наибольшее влияние на становление меня как тренера.

Билл Беличик, 2004 год

И конечно, я не мог не упомянуть, что сам окончил Нотр Дам, что в свою очередь заставляет вспомнить лишь о двух тренерах Воинственных Ирландцев за последние 42 года, которые также являлись его выпускниками. Я считал, что тот, кто учился в этом университете, будет иметь большее преимущество над тем, кто не может похвастаться таким фактом в своей биографии.

К слову, Урбан Майер, тренер Юты и бывший ассистент в Нотр Даме, по слухам имел предложения стать главным тренером Ирландцев, но отказался в пользу университета Флориды.

Таким образом у Нотр Дама было три кандидата на должность тренера, каждый из которых так или иначе бы связан с университетом: Грег Блэйш, бывший корнербек и ассистент тренера в Нотр Даме, тренировавший в своей время Вашингтон Редскинз; Томми Клементс, бывший квотербек и ассистент тренера в Нотр Даме, успевший поработать координатором нападения в Баффало; и собственно я. Работодатели знали Блэйша и Клемента, потому что они играли и тренировали здесь. Меня же они не знали.

А вообще, что вам известно о любом из тренеров Нью Ингленда? Вы, может быть, знаете, где они работали раньше, но вы никогда не узнаете настоящих нас, потому что Беличик, как и Парселлс в свое время, редко позволяет своим ассистентам общаться с прессой.

Мне показалось, что Кевину и отцу Дженкинсу понравилось сочетание моей футбольной квалификации и моей личности в целом. Биографию можно прочитать в прессе, чтобы узнать, чего человек добился на тренерском поприще, но пока никто не поговорит с ним лично, никто и не узнает, кто он на самом деле. И когда Кевин с отцом Дженкинсом стали расспрашивать, насколько для меня важна моя семья, о моей дочке Ханне и сыне Чарли и о моей любимой жене, именно тогда у них стал складываться мой образ.

С самого начала я уже знал, что меня ждет. Я мог понять по их вопросам и выражениям лиц, насколько правильно я отвечал и каковы мои шансы на эту работу.

Я считал, что это будет великолепным завершением моей карьеры в НФЛ. Две предыдущие должности, которые слухи приписывали мне, были предложениями от команд AFC East. Первым было предложения от Биллс после окончания сезона '03. Второе я получил по ходу сезона 2004 года, и оно было от Майами Долфинс. Я не говорю, что они планировали нанять меня на место Ника Сабана, который тогда был главным тренером, но было время, когда мое имя связывали с этой должностью. В любом случае, меня устраивали мои отношения с франшизой Нью Ингленд Пэтриотс, и я не собирался переходить в стан их непосредственных оппонентов.

Когда собеседование закончилось, на часах было примерно половина четвертого утра, а в моей крови все еще кипел адреналин. Я поехал домой, поговорил немного с Маурой. Она почему-то встревожилась за меня, когда услышала, что произошло сегодня ночью. Потом я поспал пару часов и пошел на работу.

В пятницу 10 декабря Кевин Уайт позвонил мне и спросил, хотел бы я присоединиться к конференции по телефону с группой игроков Нотр Дама, чтобы парни могли пообщаться со мной. В этой группе были квотербек Брэди Куинн, лайнбекер Брэндон Хойт и дифенсив лайнмен Виктор Абиамири. Они были детьми Нотр Дама. О чем же ребята могли спросить меня? Беседа продолжалась около получаса. Игроки читали вопросы по бумажке, так что мне показалось, что они были немного напуганы.

Примерно в восемь вечера, когда я с женой и одиннадцатилетним Чарли сидел на кухне, позвонил Кевин. Он сказал, что отправил мне по факсу контракт на 6 лет, который будет действовать с 2005 по 2010 годы. Мы с женой уже тогда имели некоторые финансовые требования, обусловленные тем, что у меня были предложения стать главным тренером в НФЛ, и карьера была в общем-то на пике. И если Нотр Дам не предложил бы требуемую нами сумму, мы бы просто сказали: «Нет, спасибо. Это мы даже не будем обсуждать». Если предложение было бы таким, на которое мы рассчитывали, то можно было бы поторговаться. Если цифра в контракте превосходила бы наши запросы, то сделка была бы заключена без вопросов.

Я все еще висел на телефоне с Кевином, когда факс в моем кабинете звякнул. Маура пошла туда и вернулась на кухню с бумагами. Она держала факс, широко улыбаясь, и слезы текли по ее щекам. Она подмигнула мне. Я не буду озвучивать сумму, но просто скажу, что она была гораздо больше того, что я ожидал. Предложение было настолько хорошим, что только на свои подъемные я мог найти и нанять себе в команду первоклассных ассистентов. Являясь ассистентом в НФЛ, я всегда ценил важность того, что тренер может окружить себя хорошими помощниками. Университет Нотр Дам был солидарен со мной в этом вопросе.

Когда я сообщил Беличику, что принял предложения Нотр Дама, он поздравил меня. В то же время Билл был озабочен тем, что новость о моем переходе на работу в Нотр Дам после окончания сезона будет для всех громом посреди ясного неба. Поэтому Пэтриотс ничего и не сообщали в прессу по этому поводу. Я не собирался говорить об этом кому-либо из игроков. Но необязательно о чем-то говорить, если человек сам может догадаться. В воскресенье утром, перед тем, как закончить окончательные приготовления к игре, Том Брэди, наш квотербек и один из немногих моих подопечных, которым я позволю назвать себя другом, зашел ко мне. Он ничего не сказал. Том просто скрестил руки, как бы спрашивая: «И?»

Я просто посмотрел на него. Может быть, на моем лице проскользнула улыбка. Я ничего не сказал Тому, но он понял все без слов, и он обнял меня. Его переполняли эмоции.

После домашней победы над Бенгалс со счетом 35-28 Билл сообщил команде, что я принял предложение Нотр Дама и уйду после окончания сезона. Группа игроков подошла ко мне, чтобы поздравить меня. Роберт Крафт, владелец и президент Пэтриотс, тоже был рад за меня. Он заметил, что многие его бизнес партнеры окончили Нотр Дам. «Люди из Нотр Дама повсюду» - сказал он.

Частный самолет Нотр Дама уже ждал меня и мою семью после игры, чтобы доставить всех в город Саус Бенд. Полицейский эскорт сопроводил нас до аэропорта, позволив миновать этот ужасный трафик Фоксборо.

Пресс-конференция и представление меня в качестве нового главного тренера «Файтинг Айриш» была запланирована на завтра, но я решил встретиться с игроками в тот же день в Джойс Центре, где располагались все офисы футбольной программы до переезда в Guglielmino Athletics Complex, обошедшийся вузу в 22 миллиона долларов. Когда я приехал, все игроки уже были в комнате для собраний. Парни сидели тихо, они просто не знали, что им следовало ожидать от меня.

В зале было слишком много лишних людей– администраторов, ассистентов, тренеров, поэтому я не стал говорить то, что было у меня на уме. В этом сезоне у них был результат 6-5 (6 побед, 5 поражений), и многие хотели верить, что они выше уровня 6-5. Они рассуждали об играх, которые они могли и должны были выиграть, и именно поэтому они и были командой с результатом 6-5. «Могли» и «должны были» - это бессмыслица. Я вспомнил любимое выражение Парселлса и сказал им всем: «Ваше соотношение побед и поражений и говорит о том, какой командой вы являетесь».

Пару месяцев спустя, когда я разговаривал только с игроками, я высказал им все, что было у меня на душе. В то время ходили слухи, что Уиллингем, ставший главным тренером университета Вашингтона, был сделан козлом отпущения. Мне тогда стало ясно, что многие игроки тоже это просекли.

Вот полная версия моей речи, за исключением пары прилагательных, которые я не буду печатать в своей книге:

«Перестаньте корить всех окружающих за увольнение тренера. Он был уволен, потому что в этом году у вас результат 6-6, а в прошлом был 5-7. Он был уволен, потому что вы, парни, не оправдали надежды, возложенные на вас Нотр Дамом. Вы, парни, сейчас сидите тут, скулите и жалуетесь на администрацию за увольнение тренера. Вот что я вам скажу: сделайте баланс 5-7 и 6-6 в следующие два года снова, и меня тоже уволят. Поэтому просто заткнитесь. Почему бы вам всем не посмотреть в зеркало? Может быть, причина того, что у вас баланс 5-7 и 6-6 в том, что вы играете хреново? Просто, может так и есть».

Будьте уверены, парни слушали меня, затаив дыхание. Тишина была абсолютной. Понимание того, что я сейчас им сказал, читалось в их глазах: «Никаких оправданий!».

Перед пресс-конференцией я сходил с женой и сыном в моей временный офис, так как новый еще не был готов. В моем кабинете на стене висел коллаж фотографий Кнута Рокне, Франка Лехи, Ары Парсегяна, Дэна Дэвайна и Лу Холца. Там были фотографии только этих пяти тренеров Нотр Дама.

Я посмотрел на Чарли и сказал:

- Ты знаешь, что такое успех?

- Что это, пап? - спросил он.

- Успех – это когда спустя 10 или 15 лет я покину это место, они добавят на этот коллаж еще одну фотографию – мою. Это будет значить, что я руководил командой на уровне этих великих тренеров. Я управлял программой с честью. Я брал к себе детей, которые умели читать и писать, а через 4 года они получали диплом о высшем образовании. Также это будет говорить о том, что мы выиграли немало футбольных матчей. Чтобы быть успешным в Нотр Даме, тебе нужно делать все, что я сейчас перечислил.

Я не соглашусь на меньшее.


[i] Одна из традиций на играх Нотр Дама.

Подробнее можно прочитать на сайте стадиона Нотр Дама.

Видео